Наша федерация представляет в Самаре:
Международную Евро–Азиатскую Федерацию Айкидо
Всестилевую Федерацию Айкидо России
Международную Лигу Боевых Искусств
Общество «Россия-Япония»
Телефон: +7 /846/ 333 01 87

Ты помнишь, как все начиналось?

Когда меня попросили рассказать об айкидо в России, честно говоря, я весьма затруднился с ответом. Во-первых, очень трудно выбрать, с чего начать раскрывать такую огромную тему, а во-вторых, сложно быть достаточно объективным в своем рассказе. Прошу читателей воспринимать написанное как попытку поделиться собственными воспоминаниями и впечатлениями, а не как некую документалистику.

Начиналось все не так давно, это было "перестроечное" время. Санкт-Петербург, тогда Ленинград, бурлил. Питер и раньше был своеобразной меккой для всевозможных рокеров, художников-сюрреалистов, странных писателей, поэтов и т.д. А когда появилась относительная свобода, затем почему-то переросшая в анархию, город, который я очень люблю, превратился в нечто кипящее, орущее, поющее, декламирующее, музицирующее, отрешенно смотрящее, полное надежд на будущее по отношению к людям.

Найденышев Олег Юрьевич

В моей памяти живут картины занятий в нашем первом, официально разрешенном клубе с громким названием "Ювентус". В спортзале общежития Ленинградского педиатрического медицинского института, где я учился, не было татами, и во время отработки приемов мы падали прямо на пол, покрытый тонким, дешевым ковролином. У меня не было кимоно, и тренировался я в обычном спортивном костюме с вытянутыми коленками, который наши мужики почему-то любят надевать в поездах дальнего следования.

Мои первые учителя, а их было двое, занимались с нами по очереди. Они удивили меня тем, что внешне были абсолютно разными, вернее, диаметрально противоположными и в то же время похожими.

Сергей Викторович Киселев - почти двухметрового роста гигант, этакий "терминатор", при всех своих мускулах, выбитых зубах, кулачищах со следами переломов, оказался человеком с высочайшим уровнем интеллекта, мудрым педагогом, талантливым организатором, у которого я с благодарностью учусь жизни по сей день.

В то же время, Альфат Макашев едва доставал макушкой мне до верхнего края уха. Этот рыженький, лысоватый пожилой человек оказал на меня влияние как тонкий интеллектуал, прекрасно разбирающийся в классической восточной философии. Позже я узнал, что он вырастил поколение лучших бойцов карате в Ленинграде.

Изучать технику айкидо тогда было страшно интересно, это напоминало научно-исследовательскую работу. В Россию еще не приезжали мастера айкидо из-за рубежа, а в нашем распоряжении были только ксерокопии заграничных книг и видеокассеты, которые мы с друзьями смотрели на гробоподобном и страшно дефицитном видеомагнитофоне "Электроника". Вместе с учителями мы пытались повторить увиденную технику, проанализировать ее. Сергей Викторович постоянно повторял нам: "Ребята, не верьте мне, когда я вам показываю этот прием, давайте вместе проверять работает он или нет". Сейчас я понимаю, что такой подход к изучению техники очень многое дал нам как инструкторам, позволил детально проработать, проверить, продумать множество вариантов исполнения каждого приема.

Не помню точно когда, то ли в 1988, то ли в 1989 году, была создана Федерация айкидо Ленинграда. А в 1989 году меня впервые пригласил преподавать айкидо какой-то предприимчивый кооператор, кажется, бывший комсомольский деятель. Тренировки проходили в обычном школьном зале с дощатым полом, часть которого мы устилали обычными школьными матами. (Покрытие - "татами" играет очень важную роль в тренировках из-за того, что основной техникой в айкидо являются броски, зачастую с болевыми заломами суставов. Во время проведения такой техники человеку приходится перелетать через голову иногда на расстояние в полтора-два метра. И так почти всю тренировку. Поэтому даже не для новичка небезразлично, куда он упадет.) Народ на тренировки ломился. Кооператор тогда неплохо заработал на мне.

27 октября 1990 года была создана первая всероссийская Федерация айкидо СССР, президентом которой избрали Сергея Викторовича Киселева.

Ярчайшие впечатления тех лет связаны с семинарами двух заграничных мастеров айкидо. С какой жадностью мы впитывали в себя информацию на тренировках! С гордостью могу заметить, что эти знания не входили ни в какие противоречия с тем, что мы получили от наших питерских учителей.

Любомир Врачарович (югослав, 6-й дан real aikido) продемонстрировал мощную атлетическую технику, с амплитудными динамичными перемещениями. Мне очень понравились простота, доступность и убедительность его техники. Жак Бонмазон (француз, 6-й дан айкидо Айкикай) удивил точной короткой техникой, ничем по мощи не уступающей, но выполняемой легко, я бы даже сказал, грациозно. Мне сразу захотелось заниматься у этих двух мастеров.

Тем временем клуб, который мы с друзьями организовали в 1990 году, уютно устроился в борцовском зале на улице Декабристов, где до революции была конюшня Юсуповского дворца, драматично известного как место убийства Распутина. В Мариинском театре, расположенном неподалеку я пересмотрел весь репертуар и навсегда влюбился в оперное искусство.

В середине июня 1992 года мы с Валерием Скрылевым, президентом Федерации айкидо Санкт-Петербурга, организовали первый и, на мой взгляд, самый удачный фестиваль айкидо "Белые ночи", на который приехали практически все клубы и федерации со всего бывшего Советского союза. Я нашел спонсоров, которые профинансировали около 90% всех затрат, сделал большой тираж памятных плакатов по рисункам замечательного питерского художника Попретинского; на плечи Валерия легла практически вся организаторская работа. Тренировки проводил Тамура сэнсей. Для меня его техника стала откровением и идеалом. Тамура был любимым ассистентом у основателя айкидо (Морихея Уэсибы), практически с подросткового возраста жил у него в доме, нянчил его внука, ныне являющегося "дошу", то есть "главой пути" в айкидо. Мы поняли, что увидели вариант техники, самый близкий к знакомой мне по хроникальным кадрам манере Основателя.

Прекрасное было время. Все были вместе. В грандиозных показательных выступлениях участвовали практически все лучшие инструкторы Федерации. Выступил даже сам Тамура, что было, как впоследствии мы узнали, большой редкостью. Если бы у нас не сохранился уникальный фильм, который я по ночам монтировал на студии ленинградского телевидения, нам бы никто не поверил. У Скрылева до сих пор просят кассету с этим выступлением даже друзья Тамуры.

Николай Егоров тоже выступал... мы его включили в президиум Федерации. Потом он откололся и организовал в 1995 году Федерацию айкидо России (ФАР), в которой реально поначалу было всего пять московских клубов. Так, на мой взгляд, произошел первый и, к сожалению, не последний раскол в мире российского айкидо. Ох уж эти наши амбиции...

Потом пошли расколы, распри... Федерации стали появляться как грибы после дождя. Эта заманчивая президентская должность не дает, наверное, людям покоя по сей день. Вот недавно в очередной раз откололось несколько клубов от ФАР , и образовалась какая-то новая ассоциация во главе с полпредом Кириенко. Как все похоже на события, происходящие в нашей многострадальной стране. Воистину, живем в эпоху перемен.

От излишней драматизации событий удерживает наблюдение за развитием нашей федерации, сохранившей целостность, несмотря на развал СССР. Работает и ФАР, благодаря титаническим усилиям Николая Егорова, заслужившего уважение как хороший организатор, добившийся признания искусства айкидо Госкомспортом. Работает множество других организаций.

Мне кажется, это вполне естественный процесс. Сожаление вызывают только некоторые затруднения в общении с чиновниками от спорта, да и с чиновниками вообще. Но это уже совсем другая история.

В 1994 году я вынужден был переехать в Москву. После старинных питерских улиц, уютных скверов, дворцов, "кварталов Достоевского", где все было знакомым и родным, Москва навалилась на меня своими огромными (по питерским масштабам) зданиями, длиннющими расстояниями, агрессивным ритмом жизни. Как тяжело было ко всему этому привыкать! Я оказался один в чужом городе, без друзей, без связей, даже не зная элементарного расположения улиц. Совершенно случайно меня пригласили в Центр образования Натальи Нестеровой преподавать "рукопашку" (на курсах школы охраны). Заведовала всем этим Ирина Владимировна Каминская (ныне проректор университета Натальи Нестеровой), с которой до сих пор меня связывают теплые дружеские отношения. Именно с ее легкой руки я начал преподавать в Москве и айкидо.

В 1995 году у меня было уже около двадцати учеников и 16 гимнастических матов, на которых мы отрабатывали приемы. Университету стало невыгодно содержать нас. Я собрал из нескольких добровольцев инициативную группу, занял тысячу долларов на оплату аренды в с/к "Малахит", привез из Питера свой комплект татами, дал рекламу. Так появился клуб "Четыре ветра". Первоначальная идея создания клуба заключалась в том, чтобы совместить высокое качество занятий (приглашение зарубежных мастеров самого высокого уровня) с доступностью цены, и тут опять повезло. "Альфа-Эверест" (одно из ЧОП Ассоциации ветеранов подраз- делений антитеррора "Альфа") заинтересовалось нашими тренировками и заключила со мной контракт на подготовку их бойцов. Таким образом, мы получили пусть небольшую, но весьма нужную финансовую подпитку для того, чтобы удерживать стоимость занятий на минимальном уровне.

За время существования клуба мы несколько раз ездили на семинары в Питер. Там попутно я устраивал для ребят разные экскурсии по дворцам и паркам. Помню феерический карнавал в стиле восемнадцатого века в Царскосельском парке (1995 год, фестиваль айкидо "Белые ночи-95"). Была прекрасная белая питерская ночь. В парке играло несколько оркестров, музыканты были одеты в костюмы екатеринин- ской эпохи. Прогуливались кавалеры в камзолах, дамы в напудренных париках, вместе с участниками фольклорных ансамблей, пели и плясали гости и прохожие. Балерины танцевали на сцене, которую установили прямо на зеркальной глади дворцового пруда. Потом начался грандиозный фейерверк. Утром усталые, но довольные, мы вышли на татами.

В 98-м в Москву, наконец, приехал мой нынешний учитель Нобуеши Тамура (помимо него, у нас в разное время проводили семинары сэнсеи Ямада (8-й дан ути дэси), Фудзита (8-й дан, генеральный секретарь Хомбу додзе), Сугано (8-й дан айкикай), а также их старшие ученики - С. Бенедетти, У. Донован, П. Бакас. Конечно мы стараемся воспринять все самое лучшее у наших гостей, но лаконичная, изящная и в то же время мощная техника Тамуры для нас остается идеалом.

Впервые учитель приехал в Россию на фестиваль "Белые ночи-92". В Пулковском аэропорту его встречала большаятолпа поклонников айкидо - Скрылев, Киселев, Рукавишников и еще куча народу. Сначала меня неприятно удивил колючий, настроженный взгляд, которым окинул нас Тамура. Потом оказалось, что сэнсей проявляет недоверие и настороженность к незнакомым людям лишь как некую психологическую защиту. Когда мастер почувствовал вокруг дружелюбную обстановку, он превратился из настороженного, собранного, готового в любую минуту защититься самурая (Россия и в 1992 году оставалась для иностранцев "тэрра инкогнита") в добродушного, любящего пошутить, воспринимающего мир с почти детской непосредственностью и, как следствие, очень ранимого "дядюшку". Тамура стал общаться очень искренне и открыто. Я очень комфортно чувствовал себя на его тренировках. Как бы я ни уставал, какую бы нагрузку не испытывал, после тренировок Тамуры из зала я выходил полным энергии и бодрости.

Припоминаю смешной эпизод, случившийся на одном из его семинаров в Москве. Ренат, один из студентов клуба, очень увлекался мистическими составляющими искусства айкидо. И, как говорится, "кто ищет, тот всегда найдет". Он где-то услышал или прочитал, что однажды, демонстрируя технику против нескольких нападавших, Основатель исчез из зала, где шла демонстрация, и появился на втором этаже Хомбу додзё. Ренат, ничтоже сумняшеся, спросил Тамуру, может ли это быть правдой и видел ли мастер сам что-либо подобное. Тамура с хитрецой посмотрел на Рената и ответил, что самая большая проблема в этой легенде - отсутствие второго этажа в Хомбу, но он догадывается, откуда могла пойти такая молва. Когда Основатель был еще не в преклонных годах, физически он был необыкновенно силен и вспыльчив был, соответственно. Поэтому когда они (Тамура и другие ученики) издали замечали, что О-Сэнсей не в духе и двигается в их направлении, они готовы были запрыгнуть на крышу, лишь бы не попасть под горячую и весьма тяжелую руку учителя... Этот эпизод очень показателен: очень часто биографии талантливых людей обрастают разными мифами, искажая личность самого человека. Настоящие Учителя относятся к себе с большой долей самоиронии, сдерживая, таким образом, крутящиеся вогруг них слухи и домыслы.

Невероятные события, без упоминания которых мой рассказоказался бы неполным произошли уже на рубеже нынешнего тысячелетия. Как-то раз мой друг и ученик Миша Панджавидзе (по профессии режиссер Большого театра) предложил поучаствовать в постановке оперы Джузеппе Верди "Набукко" в Большом... Задача была не только дерзкой, но и сильно осложнялась несколькими факторами. Во-первых, до премьеры оставалось всего три репетиции, во-вторых, батальные трюки необходимо было вмонтировать в уже готовые мизансцены. Само собой разумеется, пластика должна была сочетаться и с музыкой Верди, и с модерновой постановкой Михаила Федоровича Кислярова. Первая сцена боя должна была проходить на узких и шатких алюминиевых подмостках, высотой с двух-трехэтаж- ный дом. Перила были такими, что артисты мимического ансамбля поначалу категорически отказывались туда залезать, не говоря уж о том, чтобы совершать какие-либо телодвижения, кроме рефлексорного хватания за эти самые перила...

Решая все эти творческие задачи, мы внесли свой вклад в новогоднее чудо, в котором каждый вечер на сцене Большого театра, в опере "Набукко" вживую исполнялись батальные трюки. Насколько я знаю, в мировой истории оперного театра такого еще не было. К сожалению, однажды заразившись "бациллой театрального искусства", для нас жизнь без творчества стала совсем пресной. Поэтому сейчас мы тренируемся в спортивном зале Большого театра.

Мой рассказ - лишь частные впечатления о том, как зарождалось в нашей стране прекрасное искусство боя под названием айкидо, ни в коей мере не претендующий на объективность. Мне просто захотелось поделиться своими личными впечатлениями, а не давать скучную историческую справку.

Олег Найденышев
Председатель СФАА

Статья взята с сайта наших друзей:
Столичная Федерация Айкидзюцу и Айкидо
http://www.aikicenter.ru/